Форум для людей с сахарным диабетом

Специалисты Россельхознадзора проверили 77 образцов продуктов животного происхождения в школах, больницах и интернатах Омской области. Из 77 проверенных образцов 17 оказались с нарушениями. В молочной продукции — масле, твороге, кефире и сыре — были зафиксированы отклонения по жирно-кислотному составу. В мясных изделиях — тефтелях, котлетах — вместо заявленной говядины обнаружили ДНК курицы и свинины. А в некоторых образцах и вовсе нашли возбудителей сальмонеллеза и листериоза.

В 2024 году похожие нарушения фиксировали в Саратовской области, Забайкалье и Красноярском крае. В Институте отраслевого питания рассказали «Известиям», что учреждения не имеют централизованных складов, чтобы проверить качество продуктов. На приемке видят только упаковку и документы — что внутри, определяет только лаборатория. Этим пробелом и пользуются недобросовестные поставщики.

В России существуют СанПиНы и методические рекомендации для социального питания. Но на этапе госзакупок нередко происходит подмена понятий. Вместо «говядины» пишут «мясное сырье замороженное», вместо «сливочного масла 72,5%» — «продукт жировой». Технические регламенты позволяют называть фальсификат почти как настоящий продукт, что вызывает путаницу.

В некоторых регионах проблему решают централизацией. В Москве, Самаре и Вологде вся продукция перед попаданием в учреждения сначала отправляется на склады, где проходит лабораторный контроль. Партия «встает в карантин» — ее нельзя использовать, пока специалисты не подтвердят качество. Только после этого продукты допускают в школы и больницы.

Но таких регионов пока меньше, чем тех, где фальсификат продолжает поступать на столы детям и пациентам напрямую.

Почему это происходит
Председатель Комиссии Общественной Палаты РФ по демографии, защите семьи, детства и традиционных семейных ценностей Сергей Рыбальченко рассказал ВФокусе Mail, что проблема носит системный характер. По его мнению, все упирается в механизмы закупок, где побеждает тот, кто предложил самую низкую цену.

«Поставщики начинают искать разные возможности, чтобы выполнить условия, — рассуждает он. — Инфляция и жесткие требования заставляют их идти на различные хитрости. Должен быть более строгий контроль со стороны заказчика. То, что нарушения выявлены, заслуга контролирующих органов. Но это лишь констатация факта. Главный вопрос: как исправить недостатки и как не допускать нарушений в будущем?».

Рыбальченко считает, что решить проблему можно только через ужесточение контроля и централизацию закупок.

Нужно прежде всего использовать опыт регионов, — предлагает эксперт. — Ориентироваться на проверенных, добросовестных поставщиков. В регионах иногда для этих целей создают так называемые уполномоченные склады. Туда поступает продукция, которая прошла добровольную сертификацию и соответствует критериям качества. И только эта продукция имеет возможность попасть в систему социального питания.
Существующая модель организации питания при всей ее формальной сложности и обилии регулирующих документов остается неэффективной. Контроль способен фиксировать нарушения, но не предотвращать их. В погоне за экономией поставщики сокращают издержки на всех этапах — от закупки сырья до его транспортировки и хранения. В результате страдает не только качество, но и безопасность продуктов, которые попадают к детям и пациентам.

«Экономят на всем: на холодильниках, на доставке, на сроках, на поставщиках, — подчеркнул эксперт. — Все это в совокупности и дает те самые нарушения, которые выявляют проверки».

Рыбальченко уверен, что такой подход не просто снижает питательную ценность рационов, но и создает реальные риски для здоровья. Пока система поощряет экономию, а не качество, контроль будет лишь собирать статистику, а не решать проблему. И это, по его мнению, главный вызов, который предстоит преодолеть, опираясь на успешный региональный опыт.